Применение трансформационных игровых технологий
в работе с семейной парой

В игре закладывается авторское понимание необходимых и достаточных факторов и условий достижения успеха в выбранной им теме (она отражается в методической цели т-игры). Например, «создание условий для исследования привычных моделей отношений», про «создание условий для профессионального самоопределения личности» (см. рисунок #2). Структура поля, система текстов и образов отражают логику и конструкты «упакованного» в т-игру процесса, например: успешной реализации реальной личной цели участника; выстраивания благополучных отношений; самопознания и т. д. (Леонтьев, 1983, с. 97).

На сегодняшний день подобных инструментов более 250; они направлены на решение широкого спектра вопросов через эзотерические, психологические, коучинговые и консалтинговые модели и концепции.

Если рассмотреть т-игру как процесс, «т-игра» — это динамическая проекция внутреннего мира участника в поле случайных событий (Леонтьев, 1983, с. 99). При корректном применении она дает возможность решать различные психологические задачи, например, исследовать стратегии достижения поставленной цели участника; проводить работу с супружескими парами или занятия со старшими подростками по теме семейных отношений.

Еще одно значение понятия «т-игра» ― это методика организации т-игрового процессе и психологического сопровождения участников как способ наиболее эффективного применения т-игровых технологий (Леонтьев, 1983, с. 100). В настоящее время единой методики «т-игры» не существует, так как нет ни единого понимания механизмов, обеспечивающих результативность, ни общепринятых принципов проведения таких игр (Леонтьев, 1983, с. 100−103).

Принцип нейтральности реализуется многогранно.

Принцип равной позиции также транслируется через позицию ведущего, который не является ни «экспертом», ни «проводником», ни «тем, кто оказывает помощь», ни «тем, кто учит». Ближе всего образ фасилитатора, «хранителя т-игрового пространства», «того, кто создает условия». Таким образом, каждый из участников оказывается единственным экспертом по своей жизни, несущим свою ответственность за решения и реализацию (как ответ «миру» на самостоятельно выбранную цель).

Специалист при этом отвечает за неукоснительное соблюдение правил и очередности игровой активности участников. Кроме этого, он может задавать вопросы, носящие, скорее, формально-логический характер, без углубления в смысловые аспекты.

Принцип единства решения и действия является ключевым для трансформационного процесса. Он реализуется не только в том нарративе, который создает участник по ходу игры, но и в сочетании сенсомоторного и идеомоторного компонентов. Мы выдвинули гипотезу о том, что если принятое решение «согласовано» на всех уровнях организации человека, то его внутренняя синергия создает такой нарратив, который в итоге приводит его к успешному исполнению решения. Иными словами, если внутренние противоречия отсутствуют и мотивации достаточно, успешная реализация задуманного неизбежна [2].

В игровом процессе эта гипотеза предлагается участникам как утверждение. Для корректной работы с такой позицией необходимо исключить «скатывание» в чувство вины.

Правила определяют только механику перемещения в игровом пространстве, они предельно просты и должны выполняться неукоснительно. Участники ходят по очереди, на выпавшее количество очков. Попав в очередной сектор, получают соответствующее ему «послание» ― карту с описанием некоторой условной ситуации, сквозь которую предлагается рассмотреть путь движения к цели. Например, получив «послание» «Что-то вызывает эмоциональную бурю. Стоит выждать и понять, что именно», участник может принять ее к сведению, а может проигнорировать, не согласиться. В первом случае, применяя метафорические карты, можно и разобраться с источником повышенного эмоционального фона, и подобрать подходящий способ балансировки, для того чтобы это состояние не нарушало логику мышления и действий (Бехтерева, 2013). Во втором случае человек просто ходит дальше.

Переход на другой уровень осуществляется при выполнении формального критерия (результат броска кубика равен «5»; участнику даются 3 попытки). Игра заканчивается, когда участник попадает «В яблочко», то есть в центр игрового поля. Мы договариваемся, что метафорически это означает признание актуальности, непротиворечивости и ясности сформулированной в итоге цели.

В описанной ниже ситуации дополнительно были использованы специально разработанные метафорические карты из других игр системы «Профнавигатор». Это 64 пронумерованных образа, которые участник достает по результату броска двух 8-гранных дартсов (игровых «кубиков» [3] нестандартной формы, грани которых пронумерованы от 1 до 8). Таким образом, вне зависимости от того, где в данный момент находится метафорический образ ― в колоде или перед участником, он может достать одну и ту же карту сколько угодно раз. Примечательно, что участники каждый раз отмечают, что какое-то количество образов возвращается по 3 и более раз. Это дает повод более пристально взглянуть на анализируемую ситуацию, уделить вопросам, связанным с ней, больше внимания.

Описание игры может вызвать ряд вопросов, например:

На первый вопрос, по нашему мнению, есть несколько вариантов ответов в зависимости от позиции в понимании природы и механизмов т-игры. На поверхности лежит ответ: нипочему. Это устная осознанная договоренность, условие завершения игры, часть ее правил. Поэтому результат ни в коем случае не является «истиной в последней инстанции». И если участник после встречи говорит: «нет, мне не нравится результат, это не то», он легко может отбросить все, что нашел для себя или переделать так, как считает нужным. С нашей точки зрения, это необходимо помнить при проведении любой т-игры.

Кроме того, как проективная, эта методика проявляет как устойчивые внутренние диспозиции, так и сиюминутные процессы. Важно не подменять одно другим.

Однако такая ситуация сродни обычной жизни: почему человек решил, что-то, что он заявляет, ― это его реальная, а не выдуманная цель? Какие внешние и внутренние факторы оказали влияние? Как он понял, что «это» действительно ему нужно?

Метафоричность элементов т-игры обеспечивает гибкость инструмента в плане понимания и интерпретации образов, символов и событий, что позволяет участнику полноценно проявлять свои ощущения, переживания, мысли и готовность к действию, анализировать увиденное и экспериментировать со своим отношением к происходящему, переосмысливать, корректировать и нарабатывать новые способы взаимодействия с реальностью.

Следующий шаг ― сведение индивидуального образа желаемого результата в общую для обоих супругов картину. Метафора доставалась совместно, каждый из них бросал по одному кубику. И получили они образ-метафору супруги (рисунок #3). Навскидку обоим метафора понравилась. После краткого обмена впечатлениями (без раскрытия содержания!) они готовы были отправиться в игровое пространство.

Женщина сразу перешла на второй уровень. Эта возможность открылась согласно правилам игры (было выполнено условие ― попасть на поле «переход» и «выкинуть ключ»; в этой игре «ключ» ― результат броска кубика «4» или «5»).

Мужчина, прежде чем перейти на второй уровень, сделал 2 с лишним круга по первому уровню, всего 8 ходов (восьмой, собственно, переходный). Один раз он попал на поле «Похоже, есть цели, противоречащие выбранной», с которым он сразу согласился и нашел способ согласовать их. Дважды попадал в сектор «мотивационного штиля». Поняв (по его словам), в чем дело, в первый раз взял подсказку: «Как сдвинуться с места?». Во второй раз просто пошел дальше.

С опорой на метафорические карты он прояснял направление поиска и обращался к супруге. Они обсудили ряд вопросов, связанных со сферой интересов (вообще), а также взаимные опасения. В первый раз, в процессе обсуждения, он достал уточняющую метафору «общего образа» [4], который обоим очень понравился (рисунок #5). По их словам, «это про одно и то же, но с другой стороны».

Один раз попал на поле «Сформулируйте оптимальный желаемый результат». При этом его исходная метафора конкретизировалась, добавился (рисунок #6), который был принят его женой как «важное дополнение». Еще одно попадание было на поле «Что-то вызывает эмоциональную бурю…», такая формулировка сначала вызвала несогласие. Но после того, как он задал ряд уточняющих вопросов, отвечая на них при помощи метафорических карт [5] (вопросы им не озвучивались), прояснил ситуацию и взял «метафору балансировки состояния».

Два поля были такие же, как у ее мужа. Интересно, что оба они при прояснении возможностей достали метафору, изображенную на рисунке #7, после чего каждый получил по «Три ключа» к успешной реализации задуманного, то есть по три дополнительных метафорических образа. В этой работе карты тоже пересекались, но полностью передать процесс не представляется возможным, так как для более детального описания потребуется больший объем. Хочется отметить, что реплики типа «А у Вас есть в колоде еще какие-нибудь карты, что-то мне одни и те же попадаются» возникают почти в каждой игре.

Закончила игру женщина в секторе «Что самое ценное в том, что Вы собираетесь реализовать?», так и «не попав в яблочко», потому что вышло условленное время. Таким образом, супруга, активно и легко стартовав в самом начале, в тактическом плане (как будут реализовывать выбранное) долго решала возникающие задачи и не дошла до условного успешного завершения игры.

Ее муж, наоборот, первую часть пути ― «определение с целью» ― долго обдумывал, разбирал, уточнял стратегии (что будут делать вместе), но тактический план в игровом формате прошел легко и быстро.

С точки зрения мужа, для него важнее была первая часть игры, в которой он постарался разобраться со своими ожиданиями и чаяниями его супруги. Он смог озвучить свои опасения в том, что общее дело может оказаться «конкурентом» более важным с его точки зрения жизненным задачам; что по ходу может возникнуть «гонка за результатом», или все это может превратиться в некую обязанность, в спектакль или в фарс. И вообще может стать дополнительным источником напряжения.

Уже по этим формулировкам видно, что для него это «общее дело» выглядело чем-то инородным, не прагматичным. Часть сомнений он предложил разрешить через периодические обсуждения интересов.

Муж постарался выяснить основную сферу интересов супруги, на что она ответила, что может встроиться в любую его деятельность, но не как зритель. По итогам первого уровня мужчина (по его словам) сформировал для себя общее понимание ситуации.

В процессе перемещения по второму уровню игрового поля происходила деловая доработка всего, что было обнаружено, понято, обсуждено и осознано. Основные тактические вопросы: ключевые «шаги» в реализации; основные пути, возможные трудности и возможности их устранения. Несмотря на усталость от непривычной работы внимания (мужчина старался максимально сконцентрироваться на разрешении тех вопросов, которые «вставали» на его пути), он успешно завершил игру в срок.

Внешне, по формальным признакам: смог расслабиться и проявилось больше краски на лице; взгляд более задумчивый, сосредоточенный, деловой. Создалось впечатление, что ему необходимо больше диалога с женой, чтобы донести свои вопросы, сомнения и т. д., что в рамках игры было непросто, так как каждый из них одновременно «встречался с самим собой», проживая свои реальные ожидания, желания и готовность или неготовность слышать другого.

Спустя две недели участница описала результаты. Письмо очень личное, поэтому, несмотря на разрешение, привожу лишь ключевые выдержки (пункты соответствуют пунктам письма-отзыва):

Теперь можно вернуться к двум оставшимся вопросам, поставленным вначале. Один из них ― как неконтролируемый процесс случайных событий может быть полезен в формировании цели и настройки на ее успешную реализацию?

Тему совместной деятельности участники т-игры обсуждали не один раз. Поэтому у каждого к началу игры уже была сформирована некая концепция, в которую могли входить и логические связки, и противоречия, и неразрешенные вопросы. Но привычный для них ход размышлений не дал им возможности решить этот вопрос самостоятельно. Придя на игру, участники продемонстрировали свое намерение посмотреть на ситуацию под другим углом. То, что они до игры считали «неразрешимым», стало просто «неразрешенным».

Личностно значимая цель обеспечивает глубокий интерес на протяжении всей игры. Система случайностей ставит перед участником вопросы, связанные с его целью, на которые он самостоятельно мог и не смотреть. Каждый такой шаг достаточно неожиданный, поэтому происходит концентрация внимания на значимых вопросах, а также работа осознания (Агафонов, 2003). Цель приобретает объем, в ней проявляется глубина. Динамичность и «играбельность» добавляет ощущение легкости, безопасности. Таким образом, создаются условия для поддержания «свежего взгляда на цель под разными углами», выявления и разрешения противоречий, формирования намерения.

Легкий позитивный фон создает комфорт и поддерживает рабочий настрой. В итоге формируется некоторое психологическое образование, которое по своей сути (по нашим наблюдениям) можно сопоставить с понятием «доминанты» А.А.Ухтомского (Ухтомский, 2002) или «установкой» Д.Н.Узнадзе (Узнадзе, 2001).

Если соблюдены корректность и экологичность психологического сопровождения, все новообразования формируются за счет самих участников, что позволяет адекватно распределить «зоны ответственности»: ведущий отвечает за создание условий, а за решение и результат отвечают сами участники. Это их вклад в совместное планирование, их выбор, личные усилия и результат.

В силу своих особенностей т-игры позволяют «переключить» психотерапевтический процесс с проблемно-ориентированного на целеустремленный; участники получают возможность исследовать свой запрос с разных точек зрения; рассмотреть свои цели, задачи, планы, реальные или желаемые.

Т-игровая работа на «общую цель» позволяет дополнительно рассматривать ее как систему, «жизнеспособность» которой зависит от каждого из участников этой системы; это дает возможность выявить противоречия и напряженные области, найти пути их согласования (Михеева, 2015). Важным аргументом в пользу применения т-игр для решения психотерапевтических задач может являться произвольно-динамический аспект т-игры, обусловленный сочетанием целеустремленности участника и наличием идеомоторного и сенсомоторного компонентов, результативность которых при такой постановке вопроса приобретает смысл метафоры действия.

Под «метафорой действия» здесь подразумевается результат броска кубика, который определяет следующее игровое событие и в данном конкретном случае имеет все признаки целенаправленной деятельности (Леонтьев, 1983). Правда, деятельность эта протекает в непредсказуемых условиях вероятных событий, что отражает условия реальной жизни (Хекхаузен, 2001). Высокий уровень мотивации обеспечивается тем, что человек условно реализует в т-игровом пространстве реальную, актуальную для него цель. При этом, как правило, по ходу действия участник может принять решение оставить все без изменений, отказаться от ее реализации или скорректировать.

В течение всего игрового процесса фокус внимания участника произвольно удерживается им «вокруг» поставленной цели. Он успевает «погрузиться» почти во все аспекты намеченного. Встречается с незамеченными ранее дополнительными возможностями или препятствиями. Постепенно, осознанно формируется устойчивое намерение и готовность к успешной реализации.

В заключение хочется отметить, что тема т-игр на сегодняшний день является малоизученной, но практика показывает, что их исследование таит в себе большой потенциал. Как очень тонкий и серьезный инструмент, она (т-игра) требует более глубокого изучения и профессионального подхода в работе.

При создании легкой, позитивной атмосферы, грамотной фасилитации, отсутствии оценок и интерпретаций, соблюдении других принципов организации т-игрового процесса и сопровождения участников т-игры создаются условия, при которых участник занимает активную жизненную позицию; принимает на себя ответственность за успешное разрешение поставленной им реальной жизненной задачи, актуализирует свой потенциал, самостоятельно исследует с разных сторон заявленную им цель и принимает решения, выбирая наиболее приемлемые для него варианты пути достижения задуманного.